Нет, я, конечно, понимаю ревизионеров из компартии, забывших о пролетарском интернационализме в угоду политической конъюнктуре - они маму готовы продать ради того, чтобы остаться у так привычной им депутатской кормушки.
Я могу представить себе мотивы, двигающие толстозадыми попами, ударившимися в языческое "око за око, зуб за зуб", запамятовавшими о христианском милосердии - их разбухшие щеки явно не готовы подставлять себя под бьющую ладонь.
Я лишен последних иллюзий относительно политиков, называющих себя демократами - на теплых местах в разнообразных президиумах трудно принять участие в чужой беде, в погоне за собственной значимостью так легко потеряться в сложных торгах, на которых выставляются должности и убеждения.

Сокращённые главы из ненаписанной книги «Жизнь под чёрным флагом, или как я стал индейцем»

Да, наверно, это будут печальные размышления о жизни субкультур, точнее одной субкультуры с множеством её выражений. Возможно даже обоснование голословного пока утверждения о том, что субкультура могла и может дать начало новому этносу. При рассмотрении её, субкультуры, как некой консорции внутри первичного этноса.
При этом не столь важно, в каком именно этносе возникла субкультура, путь развития её, будет одинаков: рождение, расцвет, существование и гибель. Под гибелью в данном случае подразумевается аккультурация носителей субкультуры. Верно, можно предположить и время развития субкультуры: от нуля до нуля по наблюдению моему это около 50-ти лет – срок для субкультурного, контркультурного явления, такого как Неформальное Движения (в дальнейшем Н.Д.).

Начало см. в «ПП» № 3

Глава пятнадцатая

Все языки проглотили от изумления. Мистер Лавкин пришел в себя первым.
– Угнать поезд? Да ты в своем уме? – патетически взвизгнул он и метнулся к выходу.
Однако Дик, Лобо и я, сидевшие у него на дороге, и не подумали сдвинуться с места.
– Спокойнее, Лавкин, – сказал я, отметив про себя, что впервые опустил слово «мистер». – Давай-ка выслушаем его.
– Угу, – промычал Лобо, и Лавкин с тяжким вздохом опять повернулся к Хлопу.
Говоря, Хлоп расхаживал взад и вперед, освещенный тусклым светом немого телевизора. На экране безмолвно шевелили губами леди и джентльмены, невыразимо страдая от головной боли, перхоти, жирных посудных раковин и грязной одежды. Однако все они расплывались в улыбках, получив добрые дельные советы от изящных, доброжелательных телевизионных консультантов.

Девятый год в 24-миллионом Королевстве Непал идет полномасштабная гражданская война. Парадоксально, но большинство остального мира об этом даже не подозревает. Лишь изредка, когда происходит что-то экстраординарное – вроде гибели королевской семьи, – сведения о событиях в Непале попадают на ленты ведущих мировых агентств, но вскоре все опять забывается. Это само по себе заставляет задуматься о правдивости той картины, которую создают «большие СМИ».
До 1990 г. в Непале формально никакой политики не было. Король Бирендра Бир Бикрам Шах Дев еще в 1960 г. разогнал парламент и затем ввел конституцию, в соответствии с которой управление строилось на системе беспартийных местных советов (панчаятов). Согласились с этим не все. Созданные еще в конце 40-х Коммунистическая партия Непала (КПН) и ориентирующаяся на Индию партия Непальский конгресс ушли в подполье. Вскоре Непальский конгресс, выражавший интересы в основном средней буржуазии непали – основной этнической группы страны – стал де-факто эмигрантской партией, полностью зависимой от индийской разведки, а в КПН произошел раскол, и из нее выделилась Компартия Непала (марксистско-ленинская) – КПН(мл), ориентирующаяся на Пекин. По мере политических изменений в КНР КПН(мл) постигла новая череда расколов, так что к настоящему времени в Непале насчитывается свыше 10 компартий.

В предвыборный период меня постоянно охватывает бескрайнее удивление. Не дает мне спокойно спать простой вопрос: «Откуда же в наше печальное время берется столько замечательных людей?». Откройте газеты, сограждане. Радуйтесь, просто прыгайте на месте от радости – вот они, стройными рядами качественных фотографий, безупречные, превосходные совершенные, во всем своем блистательном великолепии – дивные сыны Земли Русской, чудо-богатыри. Все эти сверхличности, достойные звучных лир мира сего, имеют помимо тотальной положительности еще одну сходную черту. Все как один – кандидаты в депутаты. Странная закономерность, вы не находите?