Размышления о прорежимном большинстве в Государственной Думе, навеянные встречей с депутатом-единороссовцем
Звезда Вячеслава Шпорта взошла на политическом небосклоне в 1999 году. Доселе не замеченный в наличии каких-либо политических талантов, мало кому известный главный инженер Комсомольского-на-Амуре авиазавода, не написавший к своим сорока шести годам ни одной даже крохотной заметки, не выступивший ни на одном митинге, вдруг превратился в «народного» трибуна. Во время избирательной кампании г-н Шпорт напирал на то, что его соперник, коммунист Камышинский, связан партийной дисциплиной и потому не может голосовать так, как того требуют интересы избирателей. А вот он, Шпорт, ни в каких партиях не состоит, и будет голосовать, повинуясь лишь своей независимой совести.
Но, попав в кресло на Охотном ряду, он этой зависимости возжелал. И начал создавать в крае отделение Народной партии: пропагандистской литературой новорожденного образования были «затоплены» многие населенные пункты. Детище, правда, получилось исключительно уродливое. Партийная литература «народников», извергнутая на непросвещенные массы, была столь же богата по оформлению, сколь и убога по содержанию. Туманные лозунги вместо конкретных целей, абстрактные расплывчатые пожелания вместо ясных требований, мешанина несовместимых идей и концепций… Если продраться сквозь частокол путаных фраз, то в сухом остатке обнаруживалось обещание построить общество, где не будет бедных и больных, и все станут богатыми и здоровыми. С каким жаром, с каким энтузиазмом, с каким блеском в очах доказывал Вячеслав Иванович, что именно Народная партия – это и есть то ноу-хау, которое спасет Россию. Про то, что членство в этой партии налагает на него, такого свободолюбивого и независимого, определенные обязательства, Вячеслав Иванович почему-то не вспоминал. Так продолжалось вплоть до самых думских выборов, на которых Вячеслав Иванович вторично получил депутатский мандат. Только улеглась пыль от выборного пиара, как наш «народник» оказался во фракции «Единой России». А как же родная Народная? О ней г-н Шпорт предпочитает хранить целомудренное молчание.
А ведь еще до выборов некоторые злопыхатели говорили, что Народная партия – проект Кремля, изначально задуманный, как инструмент отвлечения голосов от коммунистов. Отщипнуть от КПРФ хотя бы полтора процента голосов – да на это никаких денег не жалко. Партия пенсионеров тоже способствовала этому святому делу. «Родине» также от электората коммунистов неплохо отломилось – и сие зело хорошо. Каждой партийке по нитке – и коммунисты без рубахи. Был до выборов рейтинг КПРФ под 40 процентов, стал в итоге около 13. Кремлевские политтехнологи потирают от удовольствия руки: какие они мастера своего дела, как ловко облапошили избирателей, заставив их проголосовать за тех депутатов, которые и будут обдирать доверчивое быдло как липку!
Как же объясняет Вячеслав Иванович свой очередной политический кульбит? На встрече с представителями общественности Комсомольска-на-Амуре он поведал: я, мол, человек прагматичный, за партии не держусь, руководствуюсь интересами избирателей. В том, что г-н Шпорт действительно не чужд прагматизма, мы и раньше догадывались. В 1999 году во время избирательной кампании сколько раз он сказал, что категорически против акционирования Комсомольского-на-Амуре авиазавода — сто? двести? тысячу? А в каком количестве листовок это заявление растиражировал? Посчитать точно невозможно, но, наверное, в миллионе. Но как только вышеназванный господин вожделенный мандат получил, сразу затянул другую песню: теперь он, мол, иначе смотрит на вопрос. Теперь-то он видит, что акционирование завода, имеющего стратегическое значение, — это как раз то, что в максимальной степени соответствует интересам избирателей.
Так он увидел — с такой же отчетливостью — глубокую пользу от всех без исключения законов, которые в лихорадочной спешке продавливает правительство через Госдуму. И потому голосует за них сердцем. Возьмем пресловутый закон ФЗ-122. Г-н Шпорт, естественно, его одобряет и поддерживает. Признает, правда, отдельные его несовершенства. Мол, немного просчитались: Правительство планировало истратить 170 миллиардов рублей на его исполнение, а ушло уже 500 миллиардов и предстоят новые траты. Что по поводу подобного «планирования», когда ошибаются не на доли процента, а в разы, сказал бы человек непрагматичный? Да то, что такое правительство надо гнать в шею.
А вот прагматичный Вячеслав Иванович на это дело смотрит иначе: правительство должно и дальше нести нелегкую ношу реформ. Дело, видите ли, в том, что на смену нынешним министрам придут руководители еще хуже. Нам, правда, не дано понять, почему вдруг Русь оскудела талантами, и явных бездарей и неумех надо продолжать держать на высоких постах. Если это прагматизм, то, что тогда такое политическая безответственность?

Стремясь уменьшить бремя расходов государства на социальные нужды, правительство, инициировавшее закон ФЗ-122, фактически это бремя увеличило. Результат оказался прямо противоположным желаемому. Но где же были наши депутаты от правящей партии «Единая Россия»? Они ведь наверняка не заинтересованы в раскачивании лодки. Им надо, чтобы народ тихо сидел по домам и ни на какие митинги не ходил. Зачем же тогда депутаты-единороссовцы дружненько проголосовали за взрывоопасный закон? Понять их логику помог один ответ г-на Шпорта. Ему был задан вопрос о том, соответствует ли закон ФЗ-122 Конституции РФ, где в статье 7 Россия определяется как социальное государство. Социальное государство, по определению, не может сворачивать объем своих социальных обязательств перед населением. Ничтоже сумняшеся, депутат заявил, что все законопроекты проходят правовую экспертизу на предмет соответствия Конституции. Поскольку необходимые подписи под законопроектом были, следовательно, он не противоречит основному закону. О том, что надо думать и своей головой, г-н Шпорт, видимо, не догадывается. Напрягать свои мозги для депутатов-единороссов, похоже, занятие ненужное. (Некоторые нам скажут, что мы исходим из предположения, что у этих депутатов имеется, что напрягать. А это предположение, мол, небесспорное. Считаем своим долгом выразить свое решительное несогласие с таким мнением).
Весьма показательной была спонтанно возникшая на встрече дискуссия по вопросу о вступления России в ВТО. Вопрос этот поистине судьбоносный, коренной вопрос политического бытия (или небытия) нашей страны. И что же? Обнаружилось, что ясной позиции по нему у г-на Шпорта нет. С одной стороны, он вроде бы всеми фибрами своей прагматичной души за то, чтобы Россия влилась, наконец, в цивилизованное сообщество, т.е. стала членом этой организации. С другой, стал зачем-то спрашивать совета у аудитории: какие, мол, у вас, господа, соображения по этому поводу? Но совета по решенному вопросу не спрашивают, за консультацией обращаются тогда, когда нужно сделать выбор. Г-ну депутату был задан простой вопрос: знает ли он, сколько будет стоить один киловатт-час электроэнергии, если Россия вступит в ВТО? Вячеслав Иванович мужественно сознался, что не знает. Вот те на! Да ведь об этом написано в сотнях статей, сказано в тысячах выступлений. 10-12 центов придется выкладывать за каждый киловатт-час, т.е. в 3-4 раза больше, чем сейчас. Учитывая особую энергоемкость производства в суровых климатических условиях (а других в России не существует), это означает, что вся отечественная промышленность сразу же будет беспощадно уничтожена конкурентами. Об этом может не подозревать гуманитарий, двадцать лет назад одолевший «Архипелаг Гулаг» и на этом мощном основании причисливший себя к людям, основательно разбирающимся в политике и экономике. Но ведь г-н Шпорт – бывший главный инженер крупнейшего оборонного завода. Ему ли не знать, что почем в этой жизни?! Ему ли не понимать, что такое тариф на электроэнергию, и как он влияет на реальное производство?
Похоже, Вячеслав Иванович слабо представляет себе и последствия реформы ЖКХ. Поскольку правительственные чиновники уверили единороссовцев в том, что все просчитано, и никаких особых неприятностей не ожидается, депутат не стал занимать свою обремененную высокими думами голову размышлениями о том, что же произойдет в реальности. Как можно понять из некоторых замечаний депутата, он верит в то, что система субсидий малоимущим поможет решить проблему оплаты вздорожавших в разы услуг ЖКХ. Он не догадывается произвести элементарный расчет и прикинуть, сколько десятков миллионов населения будут вынуждены обратиться в органы социальной защиты, и в какой бедлам это все выльется. Блажен, кто верует…
Во встрече принимала участие учительница, представляющая интересы работников системы образования. Она задала депутату закономерный вопрос: когда же, наконец, государство перестанет относиться к учительству как к подлежащей уничтожению социальной группе? Когда же зарплата учителя будет соответствовать количеству и качеству его труда? Г-н Шпорт отвечал в том духе, что забота о бюджетниках находится в центре внимания государственных органов, и стал сыпать цифрами, доказывающими этот далеко не бесспорный тезис. «Какова была зарплата бюджетников в 1998 году? И какова сейчас?» — риторически вопрошал прагматичный депутат и взирал на аудиторию с видом победителя. Да, зарплата возросла. Но во сколько раз возросли цены? Произошло ли увеличение реальных доходов бюджетников? Поставить вопрос в такой плоскости Вячеслав Иванович то ли не догадался, то ли поостерегся. Это во-первых. Во-вторых, принципиальное значение имеет вопрос о том, каковы источники поступления средств в бюджет. Открывают ли они перспективу развития? Этот коренной вопрос всего бытия России депутат-единороссовец благоразумно обошел. Причина понятна: тогда ему придется признать, что усилиями реформаторов в нашей стране создана «экономика трубы», которая может привести только ко всеобщему краху. Даже если цены на нефть не упадут (что само по себе было бы чудом), она все равно через десять-пятнадцать лет кончится. И что тогда? Собственная промышленность скорее мертва, чем жива, производственные мощности разрушены, рабочая сила деградировала… Удастся ли тогда накормить народ сказками об удвоении ВВП? Развлекут ли голодных, отчаявшихся людей очередные телепобрехушки какого-нибудь Сванидзе об ужасах «тоталитарного прошлого»? Политик не имеет права упускать из виду текущий момент, но если он не думает о перспективе, он не политик, а политикан.
Но я, скорее всего, предъявляю завышенные требования к г-ну Шпорту. Наш прагматичный депутат заседает в Госдуме вот уже шестой год. Казалось бы, за это время можно кое-чему научиться. Похоже, однако, что не в коня корм. Как говорил раньше Вячеслав Иванович «бгентство», «ихний», «деётся» (в смысле девается), так и говорит по сию пору. Как не мог в додепутатской своей жизни улавливать смысл задаваемого вопроса, так не способен и в настоящее время. Как не умел давать ясный и четкий ответ на конкретный вопрос, так не умеет и сейчас. И разве приличествует депутату злиться, отвечая на острый вопрос? Ведь способность владеть собой – элементарное требование к человеку, профессионально занимающемуся политикой.
Зрелище серой, безликой массы депутатов, представляющих очередную партию власти, поневоле заставляет задуматься вот над каким вопросом. Всякая власть нуждается в опоре, в людях, способных и готовых эту власть защищать, пропагандировать, отстаивать. Такой опорой, в первую очередь, должна быть правящая партия, в особенности, ее авангард. По определению, этот авангард представлен в парламенте.
Однако трудно назвать кого-либо из депутатов, составляющих нынешнее прорежимное большинство в Государственной Думе, о ком можно было бы сказать, что они этим требованиям соответствуют. Все они – простые исполнители, лишенные способности к самостоятельному мышлению. Но, если разобраться поглубже, это им вообще ни к чему. Зачем что-то там анализировать, во что-то вникать, прогнозировать тенденции, когда все, что от тебя требуется, — нажать нужную кнопку. Вот и жмут на те кнопки, на которые им укажут из Кремля. А потом что-то невнятное лепечут в свое оправдание, поскольку никакой позиции, никакой продуманной линии у депутата, сознающего себя не представителем народа, а слугой правящего режима, нет. Чтобы защищать определенную позицию, нужно иметь убеждения. А откуда они у людей, переспавших со всеми партиями власти, начиная с КПСС? Какая из перебежчиков опора? Какие из приспособленцев и карьеристов защитники и пропагандисты проводимого в стране курса?
Поставим вопрос: как они поведут себя, если в России случится политический кризис, подобный тому, что произошел в Киргизии? Поднимут массы сторонников Путина на борьбу против его врагов? Призовут их на баррикады? Проявят героизм и жертвенность, отстаивая власть, которую они считают законной? Как бы не так!
Сначала наши путиноманы займут выжидательную позицию, а потом, когда станет ясно, чья взяла, присоединятся к победителям. Сейчас все они демонстрируют свою преданность Путину, а потом с неменьшим рвением будут лизать длань того, кто займет его место. И власовский триколор поменяют на что-нибудь другое, как только это станет политически выгодным. Так что нынешнее проправительственное большинство в Государственной Думе опора для власти весьма ненадежная, гнилая.
Но ведь не всегда в российском парламенте при всей его изначальной ущербности партию власти представляли люди, столь очевидно лишенные каких-либо дарований. Были и иные времена. Но они ушли в прошлое, когда госаппарат научился практически со стопроцентной вероятностью добиваться нужных ему результатов выборов. Эволюция политической системы постсоветской России завершилась тем, что выборы превратились в фарс. Весь государственный аппарат стал одним постоянно действующим выборным штабом с неограниченными ресурсами. Идея выборов заключается в том, что власть спрашивает у народа, удовлетворен ли он результатами ее деятельности. Правящий режим ответ на этот вопрос знает заранее. И с помощью имеющихся в его распоряжении средств получает от электоральной массы нужный ответ. В народе зреет понимание того, что его водят за нос, отсюда и «голосование ногами», и рост популярности кандидата «против всех».
Таким образом, госаппарат фактически назначает нужных ему депутатов. И тут не нужны «шибко умные». Назначишь человека с мозгами, а он станет вникать в суть дела, да еще, не приведи бог, критиковать твои действия. Зачем лишние сложности? Поставим попку – пусть нажимает нужные кнопки, а большего с него и не требуется. Таким образом, отрицательная селекция депутатов от партии власти есть закономерный результат полного вырождения российской демократии, следствие того, что в нашей стране сложился авторитарно-бюрократический режим. Это тупиковый путь эволюции, ни малейшей перспективы развития он не открывает.
Какой из всего этого следует вывод для лево-патриотических сил? Надеяться на перерождение правящего режима в систему полноценной (хотя бы по ограниченным буржуазным критериям) демократии бессмысленно. Нельзя пренебрегать возможностями, которые дает для коммунистов участие в парламенте, но не тут основное поле нашей борьбы. Режим, который блокировал возможности свободного волеизъявления народа, сам создал такую ситуацию, при которой остается только один путь осуществления назревших перемен – революционный.

Рудольф Лившиц